Ми публікуємо дискусію між двома українськими марксистами на тему аналізу та оцінки історичного досвіду ленінізму та сталінізму, історичного досвіду Радянського Союзу та правлячої в ньому Комуністичної партії або, як це зараз називають в Україні згідно Закону від 2015 року, - "комуністичного тоталітарного режиму 1917 - 1991 років".
Олександр Будило - співзасновник Організації Марксистів (2006 - 2010) та марксистської групи або Оргкомітету лівих комуністів "Проти течії" (2011 - 2022), член редакції журналу "Против течения" в 2005 - 2021 роках, автор теоретичних і публіцистичних статей.
Олег Дубровський - ветеран робітничого руху із міста Дніпра, за основним фахом трубопрокатник, організатор низки акцій протесту робітників, автор спогадів та публіцистичних статей, учасник збройного захисту України від російської агресії в складі добровольчих формувань.
Статті публікуються мовою оригіналу.
![]() |
| Владімір Ленін та Іосіф Сталін. Вересень 1922 р. |
Александр Будило.
О
хороших и о плохих людях
О
ленинизме и сталинизме
Тов. Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть, и я не уверен, сумеет ли он всегда достаточно осторожно пользоваться этой властью.
Ленин В.И. Письмо к съезду 24.12.1922
Сталин слишком груб, и этот недостаток, вполне терпимый в среде и в общениях между нами, коммунистами, становится нетерпимым в должности генсека. Поэтому я предлагаю товарищам обдумать способ перемещения Сталина с этого места и назначить на это место другого человека, который во всех других отношениях отличается от тов. Сталина только одним перевесом, именно, более терпим, более лоялен, более вежлив и более внимателен к товарищам, меньше капризности и т. д. Это обстоятельство может показаться ничтожной мелочью. Но я думаю, что с точки зрения предохранения от раскола и с точки зрения написанного мною выше о взаимоотношении Сталина и Троцкого, это не мелочь, или это такая мелочь, которая может получить решающее значение.
Добавление к Письму от 24.12.1922
Читая
знаменитое ленинское «Письмо к съезду» (в котором Ленин дает характеристики
Сталину, Троцкому, Зиновьеву, Каменеву, Бухарину и Пятакову), написанное с
целью предотвращения возможного раскола в партии, мы обычно удивляемся
прозорливости Ленина в отношении Сталина, правильности и своевременности его
предложения съезду о снятии Сталина с должности генсека партии и переводе его
на другую работу.
Но
давайте посмотрим на это Письмо критически и ответим для себя на несколько
вопросов:
1)
как так получилось, что «Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках
необъятную власть»?
2)
почему Ленину пришлось давать характеристики только вышеперечисленным деятелям
партии?
3)
почему в «Письме к съезду» речь идет исключительно о ситуации в партии, о
наиболее выдающихся деятелях партии и ни слова не говорится о Советах и
ситуации в Советах, ведь власть вроде бы как в стране Советская, не так ли?
4)
почему Ленин, борясь с нарастающей тенденцией авторитаризма и бюрократизма в
партии и государстве, предлагает меры исключительно паллиативного, а не
радикально принципиального характера: увеличить ЦК партии за счет рабочих до 50-100 человек, реорганизовать Рабкрин и
тп.? Ведь опытным и авторитетным партаппаратчикам да еще наделенным огромной
властью и связанной с этой властью возможностями, ничего не стоит подчинить своей
воле хоть 100, хоть 1000 рабочих от станка, пусть и членов ЦК и Рабкрина, не
так ли?
Ответ
прост: поскольку к этому времени в стране окончательно и бесповоротно
утвердилась однопартийная система большевистской власти, то и человек, то есть
Сталин, возглавляющий эту партию автоматически получает в свои руки необъятную
власть.
Второе:
утверждение однопартийной системы власти есть ликвидация власти Советов,
превращение Советов в проводники воли партии, в формальные, совещательные,
подчиненные партии, а не реальные самостоятельные государственные институты,
обладающие всей полнотой власти.
Третье.
Ленин убежден, что только партия большевиков, опирающаяся на пролетариат, может
привести страну и общество к социализму. Все остальные партии не могут
претендовать на эту роль, поскольку они опираются не на пролетариат или не
только на пролетариат, заражены мелкобуржуазностью и не руководствуются
единственно верным марксистским учением, даже если они при этом называют себя
социалистами и революционерами как,
например, эсеры.
Ленин
потому и не говорит ничего в «Письме к съезду» о Советах и Советской власти,
поскольку понимает, что власть уже сосредоточена не в Советах, а в партии и
даже не в партии, а в партийном аппарате. Не имеет смысла уже рассуждать о
Советской власти, имеет смысл обсуждать только ситуацию в партаппарате и самых
выдающихся представителей этого аппарата, поскольку сам Ленин понимает, что по
состоянию здоровья он уже вынужден будет отойти от дел и что руководство
партией и страной переходит в другие руки.
Спрашивается,
а кто же выхолостил Советскую власть, лишил ее реальной политической власти,
установил однопартийную диктатуру в стране, а затем ликвидировал
внутрипартийную демократию, протащив на Х съезде резолюцию «О единстве партии»
запрещавшую создание в партии фракций, которые могли бы послужить в качестве
хоть какой-то компенсации за ликвидацию социалистической многопартийности и
кастрацию Советов? Кто проложил тем самым путь к ликвидации внутрипартийной
демократии и утверждению всевластия партаппарата над партией, над Советами, над
всей страной?
Да
сам Ленин и проложил этот путь от лозунга «Вся власть Советам!» к не
афишируемому лозунгу «Вся власть РКП(б)», опираясь на свой непререкаемый
авторитет в партии. А Сталин только развил эту ленинскую идею до логического
конца - «Вся власть партаппарату, иерархии секретарей!», на вершине которой,
естественно, должен быть верный ленинец товарищ Сталин.
С
чего все началось и чем закончилось? Началось все с левооэсеровского мятежа 6-7
июля 1918 года против подписания Брестского мира, который потерпел поражение и
вследствие которого утвердилась однопартийная система, а закончилось все XII cъездом РКП(б) в 1923 г. на
котором во внутрипартийной борьбе одержал победу Сталин и его сторонники. Что
касается Ленина, то он по болезни на этом съезде уже не присутствовал.
Если
у вас однопартийная система, то в ней неизбежно власть будет сосредоточена не в
Советах, а в партаппарате. В неизбежной партаппаратной борьбе за власть
произойдет отрицательный отбор и победят не лучшие, а худшие представители
этого аппарата. Отнюдь не случайно, что Ленин характеризует Сталина как
человека грубого, капризного, нетерпимого, нелояльного к товарищам и что именно
Сталин побеждает всех остальных выдающихся представителей партаппарата в борьбе
за власть, которых Ленин характеризует в своем «Письме к съезду». Все они будут уничтожены Сталиным
в годы большого террора.
Парадоксально,
но факт, - Советская власть, которая предусматривает социалистическую
многопартийную систему, свободные выборы в Советы на конкурентной основе,
выборность, подотчетность и подконтрольность исполнительной власти, а также
силовиков Советам и другие демократические положения и процедуры, - такая
власть была ликвидирована еще в 1918 году (вместе с водой — левыми эсерами,
выплеснули и ребенка — социалистическую многопартийность), а все продолжают как
ни в чем не бывало называть политический строй и систему сложившуюся в СССР —
Советской властью.
Хороша
же была эта «советская власть», выборы в органы которой проходили на
безальтернативной основе, а в бюллетене была указана одна кандидатура от
нерушимого блока коммунистов и беспартийных (читай: от партаппарата и КГБ)!
Стоит
ли поэтому удивляться, что эта авторитарно-бюрократическая система полностью
себя исчерпала к началу 80-х годов, а в начале 90-х приказала долго жить?
Стоит
ли поэтому вновь и вновь, с усердием достойного лучшего применения, пытаться
создать партию ленинского типа, если эта партия придя к власти, - закономерно,
неизбежно, автоматически превращается в ту или иную разновидность партии
сталинского типа, партии не пролетариата, а партхозаппарата, бюрократии,
номенклатуры?
Как
по мне, то ответ очевиден и вы сами знаете какой это ответ: не стоит, поскольку
а) такая партия пролетариату не нужна; б) поскольку нету уже самого
пролетариата, а тот класс наемных работников, который сегодня существует,
нуждается в иного рода политических партиях и организациях. Чем это
доказывается? Тем, что на протяжении уже нескольких десятилетий после
исчезновения СССР (а если брать шире, то на много раньше, как минимум после
второй мировой войны) несмотря на многочисленные попытки, никому так и не
удалось создать партию ленинского типа ни у нас, ни где бы то ни было.
27.11.2025
![]() |
| Рештки пам'ятника Сталіну в Будапешті. 1956 р. |
Олег
Дубровский
О людях плохих и хороших
или
еще
раз о сталинизме и ленинизме.
В
своих комментариях к тексту Александра Будило «О хороших и о плохих
людях. О ленинизме и сталинизме» сразу отмечу, что еще очень давно я отдавал
себе отчет о преемственности политической практики монопольно правящей партии
(КПСС) в условиях процесса трансформации большевизма от ленинизма к сталинизму.
Поэтому
начинаю с воспоминаний.
«СССР»,
1988-й год. Развиваются «перестройка, демократизация и гласность». С подачи
идеологов от КПСС, усилиями ее партийной пропаганды внимание неравнодушной
общественности (в подавляющем большинстве это интеллигенция, в основном
интеллигенты-гуманитарии) сосредоточено на критике наиболее ужасных проявлений
политической практики сталинизма, прежде всего, на «большом терроре» 1937
- 1938 г. г.
Все
это вырывается из причинно-следственного ряда, из общего контекста развития
«советского» общества. И тут же, конечно, «возвращение к Ленину», «новое
прочтение Ленина», «ленинские нормы партийной жизни» и т. п. штампы официальной
пропаганды того времени.
На
этой волне в ноябре 1988 г. в Днепропетровске был основан филиал Всесоюзного
общества «Мемориал», среди 12 «отцов-основателей» которого был и я (кстати,
единственный рабочий среди них).
В
тогдашней обстановке нарастающего подъема общественной активности
интеллигенции, ряды днепропетровского «Мемориала» быстро росли, - на каждое его
еженедельное заседание приходило все больше и больше людей. Почти сразу эти
заседания стали ареной идейно-политических дискуссий и горком КПСС вскоре
прислал своего куратора – на заседаниях стал присутствовать инструктор горкома,
который пытался направлять эти дискуссии в русло, благоприятное для тогдашних
официальных идеологических установок.
Но
идейная борьба в днепропетровском «Мемориале» непрерывно обострялась, так как
его заседания как-то спонтанно стали использоваться как площадка для встреч
представителей всего спектра антиКПССсовской оппозиции того времени, - «от
анархистов до монархистов», в буквально значении этих слов, которые по разным
поводам вступали в полемику с благонамеренным, конформистским большинством
присутствовавших.
С
августа 1987 г. я уже в открытую действовал, как анархо-синдикалист (См.
сборник документов «Демократизация и гласность от КПСС на промышленном
предприятии. 1986-1990»).
На
заседаниях «Мемориала» мне приходилось не раз вступать в полемику по поводу
противоречивости понятия «реабилитация», указывая на то, что борцы с режимом не
нуждаются в реабилитации с его стороны, а реабилитация КПССсовским
режимом своих функционеров - «верных сталинцев», попавших, несмотря на
свою верность, под колесо массового террора, не позволяет разделить жертв и
палачей, ставших в свою очередь жертвами на каком-то этапе своей партийной
карьеры.
Одно
из заседаний в апреле-1989 стало для меня последним, - после него я перестал
эти заседания посещать, но не потому, что мне кто-то это запретил. В приоритете
у меня всегда была социалистическая (в то время анархо-синдикалистская)
пропаганда в рабочей среде, инициирование пролетарского сопротивления
эксплуататорам и я как-то резко утратил интерес к полемике с «мемориальской»
публикой…
Присутствовавший
на этом, последнем для меня заседании корреспондент газеты «Днепр Вечерний»
(органа горкома КПСС и горсовета народных депутатов) на ее страницах так описал
произошедшее:
«Было
предоставлено слово даже некоему «анархо-синдикалисту», который пытался
ознакомить собравшихся со свое программой. К счастью, сделать это ему не
удалось. Да и куда же дальше?! Ведь начал он с того, что предъявил счет В. И.
Ленину! «Вы предъявляете счет сталинщине, а надо начинать с Ленина!» Напрасно
представитель республиканского «Мемориала» пытался урезонить разбушевавшиеся
экстремистские страсти…»








