вівторок, 25 вересня 2018 р.

«СОЦИАЛЬНОЕ ПАРТНЕРСТВО» В ДЕЙСТВИИ. (Контекст 2002 г.)





Во второй половине 90-х годов Днепродзержинск, - один из наиболее промышленных городов Украины, оказался всеукраинским центром самоубийственно-реакционных акций пролетарского протеста, - голодовок по поводу невыплачиваемой зарплаты. Рабочие морили себя голодом потому, что их морил голодом комплот старых начальников и новых буржуев. Палатки голодающих от разных предприятий сменяли друг друга перед днепродзержинским горисполкомом. Городская власть, т.е. местная пробуржуазная бюрократия, поначалу растерялась. Но психологическое воздействие на нее этих, приемлемых только для тюремных условий, акций отчаяния быстро снижалось. Ведь голодающие, как правило, требовали заработанных денег только для  себя! Они не были представителями рабочих коллективов своих заводов, которые в это время продолжали работать. Эпидемия голодовок не подкреплялась ни одной забастовкой.  Выплатив за директоров и(или) хозяев предприятий долги по зарплате первым группам голодающих, чиновники быстро поняли, что тем самым они только поощряют новые голодовки и к осени 1997г. перестали обращать на них внимание. Не достигая прежнего результата, голодовки затягивались, прерывались и снова возобновлялись… Сильные холода в декабре 1997г. смели с площади перед горисполкомом последние пикеты и палатки голодающих рабочих. С тех пор все затихло. Деморализованный промышленный пролетариат молча подчинялся произволу бюрократии и буржуазии…
Прошло более четырех лет. И вот, 13-го февраля 2002г. перед зданием днепродзержинского горисполкома появился пикет рабочих двух государственных химических предприятий – «Аммофос» и «Агрофос», организованный соответствующими заводскими комитетами «официального» профсоюза. Требования пикетчиков: погасить задолженность по зарплате за 21 месяц(!!!) и прекратить отключение от газа и воды жилья рабочих, которые не в состоянии оплачивать коммунальные услуги.
Когда рабочий около двух лет проработал без зарплаты (сам по себе это шокирующий факт,  достойный отдельного социологического и политэкономического анализа и оценки) и тут ему за неплатежи начинают отрезать воду и газ, - в такой ситуации, казалось бы, возможна самоорганизованная активность снизу и протестные выступления в радикальных формах. Оккупационная стачка, пикеты перед воротами захваченных предприятий, группы самообороны по месту жительства, - были бы вполне адекватным ответом на подобный произвол пробуржуазной бюрократии. Но такие методы классовой самозащиты еще не нашли своего применения в Украине. Вот и в данном случае не шла речь о какой-либо забастовке. Предприятия продолжали работать! Имевшийся потенциал рабочего возмущения был «оседлан» и использован профбоссами для реализации  согласованного с госчиновниками сценария. Он был разыгран в течение одного зимнего дня, хотя практика пикетирования «присутственных мест» в Украине не знает столь сжатых сроков, в течение которых от чиновников можно было бы хоть чего-то добиться. В тот же день, 13.02.2002, к пикетчикам вышел городской голова В. Швец (однофамилец днепропетровского губернатора), а сами пикетчики сформировали группу представителей, которая прошла в чиновничьи кабинеты. Там, в течение все того же дня (случай, пожалуй, беспрецедентный для трудовых конфликтов в Украине) чиновники горисполкома решили оплатить поездку группы рабочих активистов в Киев, для обивания порогов министерства топлива и энергетики, которому подчинены «Аммофос» и «Агрофос». Вот и все, что было. Для рабочих, 21 месяц не получающих зарплату, но продолжающих работать(!!!) и при этом уже лишаемых газа и воды за неоплату коммунальных услуг, оставлена надежда на «добрую волю» столичных чиновников из Минтопэнерго, которые, может быть, обяжут директоров платить зарплату и найдут средства для погашения долгов по ней. Городская власть, не отказавшись от практики лишения рабочего жилья необходимых коммунальных услуг, тоже может выждать, вместе с профбоссами удачно «переведя стрелки» на Киев. Могут быть довольны и заводские профбоссы, - в украинских социальных параметрах роль «защитников интересов трудящихся» сыграна ими на этот раз вполне удачно. Обострения обстановки удалось избежать. Протест рабочих взят под контроль. Ему удалось придать бессильно-безопасные формы. Он канализирован в русло усиленно рекламируемого профсоюзной бюрократией «социального партнерства» эксплуатируемых с эксплуататорами, которое на практике сводится к «конструктивному сотрудничеству» профбоссов с госчиновниками и менеджментом собственников средств производства(без описаний прелестей «социального партнерства» не обходится ни один выпуск ЦО ФПУ газеты «Профспілкові Вісті» или, например, органа днепропетровского облсовпрофа газеты «Позиция»).  
У автора нет информации, - с чем вернулись «ходоки» «Аммофоса» и «Агрофоса» из Киева. Исходя из имеющегося опыта 90-х годов можно с большой долей вероятности предположить, что накануне парламентских выборов какие-то деньги были «брошены» рабочим и они с большим успехом могли пустить их на погашение своих долгов по коммунальным платежам. Но рабочим еще предстоит понять, что такие «протесты»  ничего не решают, что через некоторое время ситуация повторится. Еще предстоит понять, что организовавшие этот спектакль профбоссы – это штрейкбрехеры и предатели пролетарской борьбы. Еще предстоит обрести понимание  того, что любое рабочее действие должно быть независимым; что даже в экономической борьбе любого уровня надо не апеллировать к одним господам против других, а надеяться только на самих себя, на свою пролетарскую солидарность и организованность. «Освобождение рабочих – дело рук самих рабочих!».

О. Д.
Промышленный  рабочий, социалист.
Июнь-2002. 


                                        

вівторок, 18 вересня 2018 р.

О ЧЕМ СЕЙЧАС ПИШУТ ЗАВОДСКИЕ МНОГОТИРАЖКИ? (из нашего архива)



В контексте социально-экономической и политической
 ситуации 1999-2001г.г.

Данный текст был впервые опубликован    в 2002г.   на Мировом социалистическом веб-сайте (Международного комитета Четвертого Интернационала) в  несогласованной и к тому же принципиально неприемлемой для автора редакции.  Настоящая публикация представляет собой аутентичный авторский текст.

  

Большинство заводских газет, которые при КПССовском режиме выходили на каждом более или менее крупном промышленном предприятии (и рассказывали нам, рабочим, как мы с энтузиазмом перевыполняем «планы партии», которые, как известно, были «планами народа»), исчезли после краха КПСС и превращения государственных предприятий в различные АО. Но некоторые выжили и продолжают нести свое печатное слово в пролетарские массы.
«Трибуна металлурга» (металлургический завод им. Петровского);
«Металлург» (металлургический комбинат «Криворожсталь»);
«Приднепровский  металлург» (Нижнеднепровский трубопрокатный завод);
«Знамя Дзержинки» ( Днепровский металлургический комбинат);
«Трубник Присамарья» (Новомосковский трубный завод) .
Вот, пожалуй, и все заводские газеты, сохранившиеся на металлургических предприятиях Индустриального Приднепровья. Их содержание, несомненно, представляет интерес для социалиста, изучающего положение современного украинского промышленного пролетариата.
Наглядный пример выжившей заводской многотиражки, - «Приднепровский металлург» (первый номер вышел 7.11.1928г.), газета ОАО «Нижнеднепровский трубопрокатный завод» (бывший ордена Октябрьской революции трубопрокатный завод   им. Карла Либкнехта).

Краткая характеристика данного предприятия.
Это существующий с 1891г. крупнейший завод левобережной части Днепропетровска (по вкладу в загрязнение воздушного бассейна города завод занимает третье место после Приднепровской ГРЭС и завода им. Петровского). До сих пор там занято 12 000 рабочих        (в 80-е годы, во времена «советской» плановой экономики – 25 000). В 1995г. правящей пробуржуазной бюрократией завод был преобразован из государственного предприятия в ОАО и почти сразу перешел под контроль инвестиционной группы «Интерпайп», то есть, хозяином предприятия и председателем правления ОАО стал известный украинский нувориш, или, как модно сейчас выражаться, олигарх, В. Пинчук (до 1990г. никому, кроме узкого круга коллег не известный, научный сотрудник, а затем секретарь комитета комсомола Трубного института – ВНИТИ), вложивший  в приобретение акций завода          20  млн. долларов США. В начале 1996г., с трибуны,  проходившей в заводском «Дворце Металлургов» общезаводской конференции «официального» профсоюза, об этом факте во всеуслышание сообщил генеральный директор завода г-н Козловский, и не просто сообщил, но даже поздравил заводчан с этим событием…
Что же представляет собой завод на рубеже столетий? « Это, – как пишет «Приднепровский металлург» - многопрофильное предприятие с собственным сталеплавильным комплексом, включающим установку вакуумирования стали, пятью трубопрокатными, колесопрокатным и кольцебандажным производствами. Это ведущее предприятие Украины по объему экспорта стальных труб и колес».

пʼятниця, 14 вересня 2018 р.

Уроки одного посольства: роздуми і нотатки




От не думав раніше, що радянський історик може так цікаво розповідати про таку нібито незручну для радянської історіографії тему. Не думав, поки не прочитав статтю Степана Мефодійовича Королівського "Надзвичайне посольство Радянської України до РСФРР в квітні 1918 р.", опубліковану в 1963 р.[1] І я ж про це саме посольство вже читав раніше в працях Валерія Солдатенка[2], але ось попалася стаття Королівського - й не міг відірватися. Валерій Федорович чомусь опустив деякі пікантні моменти. Нагадаю коротко ситуацію.
Королівський Степан Мефодійович

17-20 березня 1918 р. в Катеринославі пройшов ІІ Всеукраїнський з'їзд Рад, який проголосив Українську Народну Республіку Рад незалежною і федеративною Радянською республікою. За два тижні перед тим РСФРР підписала Брестський мир, яким відмовилася від претензій на Україну та визнала незалежність УНР.  25 березня ЦВК Рад України в Таганрозі для врегулювання відносин між радянською УНР та Радянською Росією вирішив відправити до Москви Надзвичайне і повноважне посольство, яке очолив сам голова Народного Секретаріату (уряду) Микола Скрипник і до якого увійшли ще двоє членів уряду – Юрій Коцюбинський та Микола Врублевський.
Пригоди почалися вже на станції відправлення Таганрог, де комендант відмовився надавати паровоз без дозволу головнокомандувача  Володимира Антонова-Овсієнка. А той між іншим теж входив до складу Народного Секретаріату, отже формально був у підпорядкуванні Миколи Скрипника. Тому довелося звернутися особисто до главкома і той видав грізне розпорядження: всім слухатися голову Народного Секретаріату. Як би там не було, 29 березня посольство вже було в Курську і звідти телеграфувало про свій намір прибути до Москви у Кремль.

1 квітня надзвичайне і повноважне посольство Радянської України на чолі із її премєром прибуло на Курський вокзал Москви… і тут виявилось, що зустрічати його ніхто не збирався. Микола Скрипник особисто звернувся до Народного комісаріату закордонних справ РСФРР, а член колегії цього наркомату Лев Карахан порадив звернутися в години прийому, а наступного дня повідомив: «на жаль не має змоги дати відповідь про прийом, що його цікавить, бо питання ще не зясоване».
Микола Скрипник був старий більшовик і знав, куди податися. 1 квітня він виступив на вечріньому засіданні Всеросійського Центрального Виконавчого Комітету, далі пішов до газети «Известия ВЦИК», яка взяла в нього розлоге інтервю, яке було опубліковане 3 квітня. Того ж дня, 3 квітня  1918 р. таки все посольство було прийнято Радою Народних Комісарів РСФРР на чолі із Володимиром Леніним та взяло участь у її засіданні. РНК Росії прийняв навіть  урочисте «Привітання Робітничо-селянському урядові Української Народної Республіки».
Публікація газети "Правда" від 4 квітня 1918 р. Фото Геннадія Єфіменка


середа, 5 вересня 2018 р.

УКРАИНА: БЕЗОПАСНОСТЬ ТРУДА И ЧАСТНОВЛАДЕЛЬЧЕСКИЙ КАПИТАЛИЗМ (В контексте 2005-2007г.г.)

 
Ствол шахты имени А.Засядько

Ужасная авария на шахте им. Засядько в Донецке, где 18.11.2007г. на глубине более 1км. в результате взрыва и последовавшего за ним пожара погиб 101 шахтер (тела 9 человек  на поверхность поднять не удалось) и   десятки людей получили  травмы различной степени тяжести, последовавшие  там же взрывы 1-го и 2-го декабря, которые вновь травмировали десятки человек и  (при взрыве 2-го декабря) вновь привели к гибели шахтеров (пяти человек), опять и опять  заставляют обращать внимание на прямую взаимосвязь процесса развития   капитализма и обвального ухудшения положения с охраной труда в Украине.
Но сначала кратко о самой страшной катастрофе  в угледобывающей промышленности за всю историю «пост-советской» Украины.  В ночную смену с субботы 17-го ноября на воскресенье 18-го ноября 2007г. на шахте    им. Засядько  на подземных работах было  занято 457 человек. С целью дегазации угольного пласта L1, в 14-м конвейерном штреке проводились буровые работы, во время которых и произошел взрыв газово-воздушной смеси, вызвавший большой пожар. В результате 101 человек погиб (тела 9 человек горноспасателям так и не удалось обнаружить) и 47 человек получили различные травмы (из них 28 было госпитализировано). Взрывы 1-го и 2-го декабря произошли на том же угольном пласте при проведении горноспасательных и аварийно-восстановительных работ. При этом было травмировано 56 человек, более того, третий взрыв, который случился в 21.20 2-го декабря,  вновь унес  человеческие жизни (погибло пятеро горноспасателей).  
Шахта им. Засядько, которой фактически владеет («шахта находится в долгосрочной аренде и она скорее частное, чем государственное предприятие» - сказал, комментируя катастрофу 18-го ноября, лидер Независимого профсоюза горняков Украины М. Волынец) такой одиозный представитель украинской правящей элиты, как Ефим Звягильский, имеет зловещую славу предприятия, на котором постоянно гибнут рабочие. Именно здесь в    1996 г. под землей произошла производственная авария, повлекшая за собой гибель 56 человек.  Сам Звягильский получил жуткое прозвище «убийца шахтеров». Влиятельный «угольный генерал» «советского» времени, представитель т.н. «старшей группы донецких», будучи директором шахты им. Засядько, он, вскоре после краха КПССовского режима и распада «СССР», становится мэром Донецка. Затем, на волне  наиболее массовых за 16-ти летнюю  историю самостийной Украины, но лишенных четких классовых ориентиров, шахтерских забастовок летом 1993г.,  Звягильский «въезжает» в Киев,  - становится исполняющим обязанности премьер-министра. 
После серии громких коррупционных скандалов, в обстановке острой борьбы между различными буржуазно-бюрократическими кликами накануне президентских выборов в 1994г., Звягильский бежит в Израиль (и.о. премьера, оказывается,  имел двойное гражданство – украинское и израильское), где проводит какое-то время. Вернувшись из «изгнания» в конце 90-х, Звягильский возглавляет «арендное предприятие «Шахта им. Засядько»», становится депутатом  буржуазного парламента, но в украинской «большой политике» участия уже не принимает.  Сейчас не может не обратить на себя внимание тот факт, что этот босс «старых донецких»,  когда-то за заслуги перед украинской буржуазией получивший орден «Героя Украины», как будто вообще не при чем в этой чудовищной драме массовой гибели шахтеров. Он не только не попал в орбиту следственных действий украинской Генеральной прокуратуры, но и вообще находится вне зоны критики многочисленными представителями государственной бюрократии и большей части украинских буржуазных СМИ. Во всем словоизвержении чиновников разного калибра по  поводу этой смертоносной аварии, имя Звягильского не упоминается вообще…

Ефим Звягилський - Герой социалистического труда (1986),
 Герой Украины (2003), народный депутат Украины

Между тем,   правящая   бюрократия    публично     демонстрирует     свою   чрезвычайную озабоченность случившимся и всяческий пиетет по отношению к пострадавшим и  семьям погибших: тут и выражение сочувствия на самом высоком уровне; и материальная помощь; и объявление траура (на один день -  всеукраинского и на три дня – в масштабах Донецкой области). Тут и срочные визиты первых лиц украинского буржуазного государства: президента; премьер-министра, секретаря Совета национальной безопасности и других самых высокопоставленных чиновников. Тут и назначение правительственной комиссии, которую возглавил вице-премьер А. Клюев и куда вошли министры, заместители министров, высшие чиновники областного уровня и руководители различных контролирующих инстанций. В работе комиссии были приглашены принять участие и председатели  двух  шахтерских профсоюзов, - официального  ПРУП                (В. Турманов) и наиболее крупного альтернативного – НПГУ (М. Волынец).